Главная | Регистрация | Вход

Конвертер валют ЦБ

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 258
Главная » Статьи » Морские сражения

Капитан 3 ранга И.С. Кабо. На гвардейской Щ-309
Капитан 3 ранга Исаак Соломонович Кабо в годы Великой Отечественной войны (1941–1944) командовал подводной лодкой Щ-309 «Дельфин» Краснознаменного Балтийского флота.
Уже 23 июня 1941 г. экипаж Щ-309 вышел под его командованием из Таллина в первый боевой поход. В конце сентября начался новый поход на позицию в Рижский залив. В августе 1942 г. в Балтийском море началось развертывание второго эшелона подводных лодок, в состав которого входила и Щ-309. В один из дней подводники обнаружили конвой, состоящий из четырех транспортов и нескольких сторожевых кораблей. И. С. Кабо решает атаковать его с короткой дистанции. Атака была удачной. Успешно действовала Щ-309 и в последующих атаках вражеских кораблей и судов.
Весной 1943 г. Щ-309 за беспримерный героизм личного состава была удостоена гвардейского звания.
Фрагменты из книги И. С. Кабо «На гвардейской Щ-309» (М., 1964)


Первые победы

В дни ожесточенных боев за Ленинград, когда противник, пользуясь численным перевесом в живой силе и боевой технике, рвался к Ленинграду, Краснознаменный Балтийский флот надежно прикрывал его с моря, активно действовал на морских коммуникациях врага, не давая ему прорваться к городу со стороны Финского залива. Противник усиленно минировал Финский залив, особенно Гогландский плес и фарватеры Кронштадт-Лавенсари. Он сосредоточил в восточной части залива сторожевые корабли и катера, канонерские лодки, развернул на рубежах Гогланд — Нарвский залив, Гогланд-Хаапасари, Таллин — Хельсинки свои корабельные дозоры.

К исходу весны 1942 года корабли Краснознаменного Балтийского флота спешно заканчивали ремонт и готовились к боевым действиям на море. В эти дни жизнь на Щ-309 особенно бурлила: все готовились идти в Балтийское море уничтожать врага. Но с началом кампании командование флота провело серию разведывательных мероприятий, в море вышли сначала малые лодки. 12 августа на выполнение боевой задачи отправилась и Щ-309. Сообщение о выходе в море было встречено экипажем лодки с большим воодушевлением. Боевые друзья тепло провожали ее в поход, напутствуя добрыми пожеланиями успеха.

Ночью 13 августа Щ-309 вышла из Ленинграда. На переходе она трижды была обстреляна. Вражеские снаряды ложились совсем близко от лодки, но она продолжала свой путь и в 3 часа 35 минут благополучно прибыла в Кронштадт.

В 22 часа 6 минут 17 августа Щ-309 в сопровождении трех базовых тральщиков и четырех сторожевых катеров «МО» вышла из Кронштадта на остров Лавенсари, где в 6 часов 18 минут 18 августа легла на грунт и только с наступлением темноты, чтобы не быть обнаруженной вражеской авиацией, подошла к пирсу в бухте Норе-Каельлахт. В следующую ночь в том же сопровождении Щ-309 покинула Лавенсари и, придя в 0 часов 47 минут 20 августа в назначенную точку, погрузилась и начала самостоятельный переход на позицию.

Но и дальнейший путь был нелегок: оба берега Финского залива и его острова находились в руках противника, который мог просматривать весь район. Мелководность залива, насыщенность его минами крайне усложняли переходы подводных лодок. Враг создал в Финском заливе на пути движения советских подводных кораблей мощный противолодочный рубеж, состоявший из тысяч мин различного типа, поставленных на разных глубинах. Только в центральной части Финского залива, в районе мыса Юминда, было поставлено до трех тысяч мин и минных защитников. Дуврский барраж, созданный англичанами против немецких подводных лодок в первую мировую войну, не может идти ни в какое сравнение с той смертельной опасностью, которая подстерегала балтийских подводников в годы Великой Отечественной войны.

На одном из участков перехода в район боевых действий Щ-309 легла на грунт. Воспользовавшись этим, мичман Блажугин собрал партийное собрание, на котором с докладом о задачах коммунистов в предстоящем боевом походе выступил командир лодки. С волнением выступали коммунисты. Они говорили о недостатках, обнаруженных в предыдущих походах, вносили предложения, реализация которых могла исключить повторение ошибок в данном походе. Коммунисты заверили командование лодки, что они приложат все силы и умение, чтобы с честью выполнить задачу, поставленную перед личным составом.

На пути следования в район боевых действий лодка не раз подвергалась артиллерийскому обстрелу, форсировала вражеские минные поля, уклонялась от встречи с самолетами и катерами-охотниками за подводными лодками.

Переборки между отсеками задраены. В этом есть особый смысл: если в одном из отсеков окажется пробоина, забортная вода не поступит в другие, лодка получит возможность бороться за свою живучесть и возвратиться в базу. Время, в течение которого подводный корабль форсирует минное поле, тянется медленно... Тишину нарушает доклад из носового отсека:

— Центральный! Скрежет по правому борту!

Минреп! Немедленно раздается команда:

— Стоп правый мотор, право руля.

Неприятный визгливый звук трения металла о металл ползет вдоль борта, затем прекращается. На этот раз лодка не зацепила минреп...

В море, на пути в район боевых действий, приходилось отрабатывать и отдельные элементы боевой подготовки, что нельзя было сделать на Неве. Прежде всего надо было провести дополнительные тренировки рулевых-горизонталыциков. Их важную роль на лодке трудно переоценить. От искусства рулевых-горизонтальщиков зависит удержание подводной лодки на заданной глубине после выпуска торпед. Если рулевой-горизонталыцик неумелый, лодка, выпустив торпеды, может всплыть на поверхность на виду у противника и подвергнуться преследованию.

В 2 часа 40 минут 23 августа лодка, форсировав Финский залив, вышла в Балтийское море, а в 12 часов 20 минут пришла на позицию.

Долго и терпеливо ожидал личный состав боевой удачи. Плавание в районе позиции, всплытие для зарядки аккумуляторной батареи и лежание на грунте. Последнее экипаж лодки переживал особенно. Дело в том, что плавание под водой сразу же после зарядки аккумуляторов нежелательно, так как температура электролита в этом случае может возрасти до опасных пределов. А при вынужденном лежании на грунте каждому казалось, что именно в это время где-то поблизости проходит вражеский корабль, который надо атаковать. В таких условиях особенно ценно умное слово политработника, парторга, комсорга. Сказанное своевременно, оно вносит боевой задор в однообразные, порой безрезультатные дни скитания в море. Незаменим в этом отношении был старший политрук Кацнельсон. Принципиальный коммунист, занимательный собеседник, он всегда был душой корабля. На лодке проводились беседы об обстановке на фронтах, под Ленинградом, о международном положении, читали художественные произведения, среди которых матросам особенно нравились «Мать» Горького, стихи Маяковского, Блока, Симонова и других поэтов. Систематически издавались боевые листки и задорная «Полундра», а также специальные бюллетени со сводками, принимаемыми по радио. За время похода маленькая партийная организация лодки выросла. В партию вступили Зотов, Антонов, Назаров, Аршинов, Томасов и Князев.

В 10 часов 20 минут 25 августа вахтенный командир старший лейтенант Беглов доложил об обнаружении впереди по курсу большого транспорта в охранении миноносца и тральщика. Боевая тревога. Подводная лодка пошла в атаку. Личный состав молниеносно занял свои места на боевых постах.

За несколько минут до прихода в точку залпа в перископ было видно, что миноносец находится ближе к лодке, чем транспорт, и немного прикрывает его корпусом. Командир решил стрелять по транспорту и миноносцу одновременно. Удачная в этом случае атака избавила бы лодку от преследования. В 10 часов 48 минут к вражеским кораблям одна за другой устремились две торпеды, а Щ-309 стремительно уходила на глубину.

Вскоре в лодке услышали два взрыва — обе торпеды достигли цели. Взрывов глубинных бомб после атаки не последовало. Когда через 37 минут лодка всплыла на перископную глубину, из-за отпотевания перископов ничего не было видно, а еще через несколько минут в зенитный перископ наблюдались два самолета противника, которые, находясь на высоте 150–200 метров, искали лодку. Чтобы не дать противнику, самолеты которого продолжали летать в течение всего светлого времени суток, обнаружить Щ-309, командир решил всплыть для зарядки аккумуляторной батареи на час позже обычного, при полной темноте.

В 23 часа 58 минут подводная лодка всплыла. Началась зарядка аккумуляторной батареи, вентилировались отсеки, пополнялся запас воздуха высокого давления. Зорко наблюдали за обстановкой находившиеся на мостике командир лодки и сигнальщик.

Ночь была темная. Четверть луны оставляла на воде узкую серебристую полоску. Через десять минут после всплытия сигнальщик Бутыров доложил:

— Слева на траверзе самолет противника.

Самолет внезапно выскочил из темноты на лунную дорожку, пролетел за кормой лодки и начал разворачиваться. Его маневр был ясен — он ложился на боевой курс для атаки лодки с кормы.

— Сигнальщику вниз! Срочное погружение! Лево на борт! — последовали одна за другой команды командира.

Лодка на циркуляции начала уходить под воду. Едва она успела погрузиться на 3,5 метра, как справа от лодки раздался огромной силы взрыв. С подволока в нескольких местах посыпалась пробка, в первом отсеке погас свет, упали на палубу морские часы, вышел из строя машинный телеграф. Прочный корпус лодки повреждений не имел, но вышел из строя эхолот — прибор для измерения морских глубин. Этот прибор помогает определить место корабля в море, что особенно важно для подводной лодки, не всегда имеющей возможность всплыть даже под перископ. Между тем Щ-309 предстояло еще значительное время провести на позиции, а затем на пути в базу форсировать противолодочные рубежи противника. Более двух суток непрерывно работал старшина 2-й статьи Фесенко и устранил такие неисправности эхолота, какие обычно принято исправлять только в заводских условиях.

Лодка продолжала боевой поход.

В специальном красочном номере сатирической газеты «Полундра», выпущенном по случаю первой атаки, был изображен переполох в штабе фашистского военно-морского командования в связи с потерей транспорта и миноносца, а также высмеяны надежды фашистов на то, что ни одна советская подводная лодка не прорвется в Балтийское море.

Решил ознаменовать успех первой атаки и кок Мишин. Вместо предусмотренного в меню на этот день рассольника он приготовил ароматный бульон с пирожками, которые так и таяли во рту. Домашний обед на глубине в несколько десятков метров прошел весело и шумно.

В 9 часов 48 минут 30 августа был обнаружен конвой из двух транспортов в охранении четырех сторожевых катеров и самолета.

Подводная лодка вновь начала атаку. Боцман Пронин идеально держит заданную глубину. Штурман Антипов, склонившись над картой, ведет прокладку боевого маневрирования лодки. Рулевой Анишин не спускает глаз с картушки репитера гирокомпаса. Наконец цель в перекрестии. В 10 часов 16 минут к транспорту водоизмещением около 6 тысяч тонн устремилась торпеда. Через полторы минуты — глухой взрыв. Торпеда дошла до цели, но увидеть результаты атаки не удалось: корабли охранения противника начали сбрасывать глубинные бомбы.

Насчитали 11 взрывов глубинных бомб. Щ-309 только в 11 часов 55 минут сумела оторваться от преследования. Через некоторое время, когда всплыли под перископ, был обнаружен самолет, круживший на высоте около 200 метров. Лодка снова погрузилась и направилась в район перезарядки торпедных аппаратов.

Поиск продолжается

С наступлением темноты лодка всплыла в крейсерское положение. В море начался шторм. Огромные волны, догоняя одна другую, обрушивались на подводную лодку, кренили ее до 30 градусов, пытались опрокинуть, сбивали с курса. Иногда казалось, что лодка идет назад, хотя дизели работали на полную мощность. Командир решил переждать шторм в подводном положении, и Щ-309 погрузилась.

На лодке жизнь идет обычным порядком. Даже про патефон вспомнили (его не хотели брать с базы: пластинки давно не обновлялись и порядком надоели).

После шторма установилась прекрасная погода. Щ-309 всплыла под перископ. Штиль. Никакой качки. Тепло. В такую погоду нужна исключительная скрытность действий, так как противник может обнаружить лодку на большом расстоянии: перископ, поднятый даже на короткое время, оставляет пенистый след — бурун, который виден издалека. Легко может обнаружить лодку в такую погоду и самолет — предвестник близкой встречи с противником: обычно немцы высылали самолеты далеко вперед по курсу своих транспортов.

В 10 часов 38 минут 4 сентября был обнаружен самолет, а через некоторое время второй. Самолеты настойчиво ищут подводную лодку.

Командир прильнул к перископу. Все в центральном посту следят за выражением его лица, стремясь прочесть, что он видит. Наконец командир замечает:

— Целый караван. Два транспорта. Два сторожевика. Самолет и пять сторожевых катеров.

Всем понятно — атака будет сложной. От перископа к горизонту уходит сверкающая полоса отраженных поверхностью моря солнечных лучей. Она такая яркая, что глаза не в состоянии смотреть на нее. На этот раз солнечная дорожка может стать союзником лодки. Командир принимает решение пересечь курс кораблей противника — солнце будет слепить врага, и залп можно будет произвести почти в упор.

В 11 часов 24 минуты последовали короткие команды, корпус лодки вздрогнул. Две торпеды, выскользнув из кормовых аппаратов, пошли к цели. Обычное томительное ожидание — и наконец взрыв. Радостная весть облетает отсеки: фашистский транспорт уничтожен!

Однако враг не медлит с ответом. Вслед за взрывом торпеды раздаются взрывы глубинных бомб. Катера прямо над лодкой. Все отчетливо слышат шум их винтов. Но, видимо, фашисты не обнаружили Щ-309. В 12 часов 6 минут они сбросили последнюю, двенадцатую, бомбу и в 13 часов удалились. И на этот раз лодка, маневрируя, ушла от преследования, не получив повреждений.

Героями дня на этот раз были торпедисты кормового отсека, действовавшие под руководством мичмана Фокина. После атаки товарищи подшучивали над ним. Мичман «осиротел», так как в аппаратах не осталось торпед. Корабельный карикатурист даже поместил в газете дружеский шарж: Фокин сидит у кормовых торпедных аппаратов и причитает: «Что мне делать, как мне быть, чем фашиста буду бить?»

Последняя атака в этом походе была выполнена 12 сентября.

В этот день вахтенный командир, наблюдавший в перископ за поверхностью, с сожалением констатировал:

— Пока болтается на пути всякая мелюзга, опять пустая шхуна идет.

— После шхуны и транспорты покажутся, — заметил стоявший на горизонтальных рулях старшина 2-й статьи Анишин.

Прошло немного времени, и в 11 часов 27 минут вахтенный командир доложил о появлении неприятельского конвоя из четырех транспортов, трех сторожевых кораблей и четырех сторожевых катеров. С воздуха конвой прикрывал самолет.

— Торпедная атака!

Стрелки приборов управления торпедной стрельбой в первом отсеке передают приказание: «Приготовить торпедные аппараты!» Быстро приходит донесение: «Аппараты номер один и два приготовлены к выстрелу».

В последние секунды перед залпом командир поднял перископ и, прильнув глазом к окуляру, наблюдает, как подползает к нити прицела транспорт. Он хорошо виден. Видны даже люди на мостике.

Боцман Пронин безупречно держит заданную глубину.

...Пли! В 11 часов 46 минут обе торпеды вышли из носовых аппаратов. Командир продолжает смотреть в перископ. На поверхности моря белесый след торпед, но ждать, когда они дойдут до цели, нельзя. Противник обнаружил след. Порядок каравана нарушен. Поднимается суматоха. Самый удобный момент, чтобы ускользнуть. Командир отдает приказание «Погружаться» и опускает перископ. Лодка начинает уходить на глубину.

В этот момент заклинились горизонтальные рули, к счастью, в положении «На погружение». Такое положение горизонтальных рулей помогает лодке в начальный период уклонения быстрее уйти на глубину. Но в дальнейшем надо быстро устранить повреждение рулей, чтобы не потерять возможности управления лодкой в подводном положении.

Через минуту раздался взрыв одной торпеды. Фашистский транспорт «Бонден» вместимостью 695 брутто-регистровых тонн отправился на дно.

Проходит еще минута, другая... Взрывов глубинных бомб не слышно. Лодка продолжает маневрировать, не отрываясь от кораблей противника. Но на четвертой минуте лодку сотрясает сильный взрыв. Погасли некоторые электрические лампочки. Посыпалась теплоизолирующая пробка с корпуса. Вылетело несколько электрических предохранителей.

Взрывы следуют один за другим. Командир приказывает выключить часть механизмов. Лишь главные электромоторы двигают лодку толчками, и то только во время работы машин вражеских кораблей. Враг ищет упорно. В первом отсеке хорошо слышна работа винтов кораблей противника. Вдруг шум винтов пропадает — это враг выслушивает лодку и затем снова дает ход...

На этот раз враг почти точно знает место Щ-309. Слышно даже, как в воду падают бомбы. Близкие взрывы подбрасывают лодку, швыряют ее из стороны в сторону. Почти ощутимо давят на плечи десятки метров водяной толщи, отделяющей лодку от поверхности моря.

Взрывы все ближе и ближе. Напряжение растет. Нервы натянуты. Люди дышат тяжело, но все спокойны. В минуты затишья старший политрук Кацнельсон переходит из отсека в отсек и ни на одном лице не видит страха. Он видит готовность бороться за жизнь корабля.

Лодке необходимо переменить место, уйти от надвигающейся опасности. Для этого необходимо включить электромоторы, но это позволит врагу лишний раз прослушать лодку. Риск, но иного выхода нет... Шум катеров все еще слышен: противник не потерял лодку. Один за другим раздаются еще восемь близких взрывов глубинных бомб. Потом опять наступает тишина.

Лодка медленно, без хода погружается на глубину и наконец ложится на грунт.

Наступившая тишина настораживает. Видимо, враг экономит бомбы. Вдруг раздаются сразу три взрыва. Еще через четверть часа новая серия взрывов: восемь бомб.

Прошло уже два часа с момента последней серии взрывов, а акустик Петрюк продолжает докладывать:

— Справа по корме семьдесят градусов и слева по носу двадцать градусов катера дали ход. Шум их приближается.

— Катера застопорили ход.

— Катера заходят слева по носу.

Наконец акустик уверенно докладывает, что на поверхности моря полная тишина. Лодка начинает оживать. Пускаются первые механизмы, и их шумок радует людей. Они ощущают усталость и голод. В отсеках стало холодно. Но у всех хорошее настроение. Радость победы так велика, что заслоняет все пережитое. Победа! Большая победа! И в этом немалая заслуга строителей лодки. Подводная лодка выдержала все испытания: близкие разрывы бомб, большие глубины, капризы морской стихии и в полной боевой готовности, не пропустив ни одной капли воды внутрь, продолжала нести боевую службу.

Самым большим уроном лодки явился выход из строя радиопередатчика. Когда лодка всплыла, она не смогла ответить на радиограмму командования, требовавшую срочно донести о месте лодки и ее действиях. Как выяснилось после возвращения в базу, причиной такого запроса было сообщение противника о потоплении нашей лодки. Характер повреждений радиопередатчика требовал вмешательства заводских специалистов. Но связь с командованием нужна была лодке именно теперь. Ожидать возвращения в базу не представлялось возможным. За дело взялся старшина 1-й статьи Коновалов. Пять суток почти без отдыха он возился с передатчиком и ввел его в строй.

С далекой родной земли на Щ-309 приходят радиовести. Совинформбюро сообщает о потоплении подводниками Балтики кораблей противника. Радостно от сознания, что в этой победе есть доля личного состава подводной лодки Щ-309.

Потопление вражеских транспортов было первым взносом за погибших отцов и матерей, за муки Ленинграда, за все, что наполняло сердца моряков нестерпимой болью.

В ночь на 28 сентября экипаж лодки получил приказ возвратиться в базу.

С тех пор как Щ-309 покинула базу, она прошла много миль, все ее ресурсы были на исходе. Командир электромеханической боевой части инженер-капитан-лейтенант Аверьянов озабоченно проверял электролит. Сократили суточную норму питьевой воды, навели жесткую экономию в расходе провизии. Все эти меры были приняты потому, что путь в базу был нелегким. Его нельзя было измерять только милями.

К тому времени, когда Щ-309 возвращалась из похода, противник усилил противолодочные рубежи в Финском заливе. Увеличилась опасность подрыва на минах.

Уже двое суток Щ-309 идет к родным берегам. Нет-нет да и взглянет нетерпеливый матрос или старшина на репитер гирокомпаса, который, к его удовольствию, свидетельствует об одном; лодка следует в базу.

В 6 часов 12 минут 1 октября Щ-309 подверглась длительной атаке глубинными бомбами внезапно появившимися катерами противника. Впереди по курсу лодки и за ее кормой было сброшено по семи бомб. Часть катеров вырвалась вперед с целью не дать лодке уйти, остальные продолжали поиск на месте ее обнаружения. Маневрирование, своевременно начатое командиром лодки, исключительно точная информация акустика Петрюка о движении вражеских кораблей, искавших Щ-309, удачно выбранное место для покладки на грунт, где наряду с ровными незначительными глубинами имелась на небольшом участке и солидная глубина, помогли ввести противника в заблуждение. Подводная лодка, притаившись за складкой грунта, стала неуловимой. Долго еще катера противника безуспешно искали ее.

Когда противник после долгих часов прекратил поиск, Щ-309 оторвалась от грунта и возобновила форсирование противолодочного рубежа. Прижимаясь к грунту, она двинулась на восток.

53 дня и ночи экипаж подводной лодки находится в боевом походе. Остров Лавенсари уже рядом, казалось, до него можно дотянуться руками, но едва лодка всплывала, кругом обнаруживались мины, и акустические, и дрейфующие...

Несколько дней подряд выходили корабли для встречи в назначенную точку, но лодка все не появлялась. Тогда командование приказало встречающим кораблям находиться в бухте в готовности к выходу в море.

Щ-309, задержавшаяся в море из-за длительного преследования, пришла с небольшим запозданием. В течение всего похода она всплывала только с наступлением темноты, и тем радостнее было на душе у подводников, когда лодка ранним утром всплыла в позиционное положение на видимости сигнального поста острова Лавенсари. И тут же от пирса бухты Норе-Капельлахт к ней, несмотря на волну, устремился катер МО-121 — вестник родной земли. Подойдя к лодке, он развернулся на 180 градусов и повел ее за собой в бухту, где в 9 часов 39 минут 5 октября она ошвартовалась у пирса.

Лавенсари не был обителью спокойствия. Ни днем ни ночью не знали покоя его защитники. Не прекращались набеги фашистских кораблей, налеты воздушных пиратов. Противник делал все, чтобы уничтожить гарнизон острова и корабли, стоявшие на его рейде. Но и в этих условиях гарнизон острова старался сделать все, чтобы окружить подводников вниманием и заботой.

Из-за штормовой погоды дальнейший переход лодки задерживался. Днем она лежала на грунте на Лавенсарском рейде, а на ночь подходила к пирсу.

Вечером 9 октября вместе с канонерской лодкой «Волга» под эскортом базовых тральщиков Т-210, Т-211, Т-215, Т-217, Т-218 и сторожевых катеров МО-202, МО-203 и МО-248 Щ-309 вышла с Лавенсари в Кронштадт, куда и прибыла в 8 часов 10 минут 10 октября. На следующий день она перешла в Ленинград для ремонта.

По возвращении весь личный состав был награжден орденами. А вскоре экипаж лодки был приглашен в гости на Кировский завод. Встреча с рабочими прославленного ленинградского завода проходила во время очередного обстрела города вражеской артиллерией. Ветераны завода — участники Великой Октябрьской социалистической революции дали высокую оценку ратному труду воинов, пожелали им новых успехов в бою с врагом. Это была незабываемая, волнующая встреча. В заключение ее один из старых рабочих-путиловцев обнял моряков, расцеловал их и сказал, что Родина всегда верила в мужество балтийцев.

1 марта 1943 года подводная лодка Щ-309 была удостоена звания гвардейской. В приказе народного комиссара Военно-Морского Флота, который был зачитан перед замершим в строю экипажем лодки, говорилось: «За проявленную отвагу в боях за Отечество с немецкими захватчиками, за стойкость и мужество, за высокую дисциплину и организованность, за беспримерный героизм личного состава удостоены гвардейского звания... подводная лодка Щ-309 — командир подводной лодки капитан ранга Кабо И. С.»

21 марта 1943 года для вручения экипажу Щ-309 Гвардейского военно-морского флага прибыл командующий Краснознаменным Балтийским флотом вице-адмирал В. Ф. Трибуц. Поздравив подводников с высоким званием гвардейцев, командующий флотом призывал их еще крепче бить ненавистного врага.

Под торжественные звуки Государственного гимна вице-адмирал вручил командиру лодки Гвардейский военно-морской флаг. Приняв его, командир опустился на колено и поцеловал дорогое полотнище. В торжественной тишине подводники произносят священную клятву гвардейцев:

«Любимая Родина, слушай нас! Клянемся тебе жестоко мстить фашистским мерзавцам за кровь и страдания, за горе и слезы наших отцов, матерей и детей. Клянемся настойчиво, без устали ночью и днем искать и топить корабли врага, истреблять их до полной нашей победы. Клянемся высоко держать гвардейское Знамя, свято хранить и умножать боевые традиции балтийцев».

Отныне над рубкой Щ-309 развевался Гвардейский военно-юрской флаг.

Под гвардейским флагом

Экипаж подводной лодки Щ-309, воодушевленный своим первым боевым успехом, готовился к новым походам.

Обстановка на фронтах Великой Отечественной войны быстро менялась в нашу пользу. В сентябре — октябре 1944 года войсками Ленинградского, 3, 2 и 1-го Прибалтийских фронтов во взаимодействии с кораблями и авиацией Краснознаменного Балтийского флота были освобождены Эстонская ССР и большая часть Латвийской ССР, в районе между Тукумсом и Либавой оказались зажатыми в клещи более тридцати немецких дивизий.

Несмотря на огромные потери в живой силе и технике на сухопутных фронтах, противник упорно противодействовал выходу наших подводных лодок в Балтийское море, продолжал укрепить Гогландский и Найсаарский противолодочные рубежи. Он развернул мощную систему корабельных дозоров, повысил интенсивность воздушной разведки наших военно-морских баз.

Переведя финский флот из баз Ботнического залива в Финский и перебросив сюда торпедные катера и подводные лодки из портов Балтийского моря, немецко-фашистское морское командование стремилось сохранить за собой выгодную обстановку на всем протяжении Финского залива.

19 сентября вышла из войны Финляндия, что значительно облегчило выход наших подводных лодок в Балтийское море. Теперь они получили возможность выходить в Балтику по шхерным фарватерам северного побережья Финского залива, что свело на нет значение созданных врагом противолодочных рубежей в Финском заливе.

К началу кампании 1944 года произошли изменения в экипаже Щ-309. Часть личного состава была отправлена для выполнения различных заданий и укрепления экипажей других подводных лодок. Был переведен на другую лодку и я. 26 октября командиром Щ-309 стал опытный подводник капитан 3 ранга Павел Петрович Ветчинкин. Расскажу, как под его командованием гвардейская лодка уже утром 31 октября вышла в очередной боевой поход.

При движении на боевую позицию подводная лодка пересекла Финский залив и вошла в шхеры. Угрюма северная природа. Гранитные острова покрыты редким лесом. На третий день лодка прибыла в Хельсинки. Затем, пройдя Ханко, вышла в открытое море.

В 18 часов 32 минуты 2 ноября лодка заняла позицию. Море штормило, громадные волны заливали палубу, мостик и стоявших на нем людей. Темные ночи, туманы, близость берега, занятого немцами, и немецкие сторожевые корабли усложняли действия подводной лодки. Несмотря на это, лодка активно искала врага Экипаж работал слаженно, каждый знал свое место и точно выполнял обязанности. Безотказно работали механизмы.

Сигнальщики то и дело докладывали вахтенному офицеру об обнаруженных прожекторах противника, о его зенитной стрельбе. Где-то совсем близко шныряли вражеские катера, которые только вследствие плохой видимости не обнаружили лодку.

Обстановка постепенно усложнялась, личный состав действовал настороженно, каждую минуту ожидая встречи с противником. Наконец в 6 часов 58 минут 10 ноября 1944 года были обнаружены два транспорта, шедшие в строе кильватера без охранения. Командир объявил торпедную атаку.

После тщательной проверки всех данных, полученных при маневрировании для выхода в атаку, в 7 часов 10 минут был произведен трехторпедный залп из носовых торпедных аппаратов. Через 53 секунды в кормовой части судна раздался взрыв. Весь личный состав видел, как стремительно погружался в морскую пучину немецкий транспорт «Карл Кортс» вместимостью 902 брутто-регистровые тонны. Головной транспорт отвернул к берегу и скрылся.

В лодке царило оживление, всегда наступавшее после напряженной тишины. Командир прошел по всем отсекам и поздравил личный состав с очередной победой. Теперь он почувствовал новое в отношении к нему личного состава. Поначалу несколько настороженное, оно сменилось чувством гордости за своего командира. Теперь личный состав верил, что гвардейское знамя Щ-309 в надежных руках.

Днем, лежа на грунте, подводная лодка перезаряжала торпедные аппараты. По окончании перезарядки всплыла на перископную глубину и продолжила поиск вражеских кораблей.

В 21 час 5 минут 12 ноября вахтенный сигнальщик Коробко обнаружил силуэты двух транспортов, шедших в охранении военного корабля. Быстро были приготовлены к выстрелу торпедные аппараты, и по команде «Пли» в 21 час 10 минут был произведен трехторпедный залп. А еще через две минуты экипаж лодки услышал глухой взрыв. В носовой части одного из транспортов показалось небольшое пламя и огромное облако дыма. Кренясь на правый борт, судно быстро погружалось в воду. Итак, гитлеровцы потеряли еще один транспорт водоизмещением 4 тысячи, а вместе с ним несколько тысяч солдат и офицеров. Уходя на глубину, подводники слышали шум винтов второго транспорта, удалявшегося в юго-западном направлении.

Преследование лодки вражеским сторожевым катером продолжалось долго. Более 40 глубинных бомб взорвалось вокруг нее, однако они не причинили Щ-309 существенных повреждений.

В 4 часа 39 минут 14 ноября лодка обнаружила транспорт водоизмещением около 4 тысяч тонн. Во время маневрирования лодки для выхода в торпедную атаку транспорт выпустил осветительный снаряд, обнаружил лодку и отвернул. Атака не удалась.

Следующую торпедную атаку гвардейцы произвели 21 ноября у острова Эзель, где миноносцы противника своим артиллерийским огнем препятствовали продвижению наших сухопутных войск. Плавание в подводном положении в этом районе затрудняли небольшие глубины, а также вражеские корабли, осуществлявшие непрерывный поиск подводных лодок.

В 16 часов командир обнаружил в перископ силуэт немецкого миноносца, но видимость была плохой, и акустик Шитухин помогал капитану 3 ранга Ветчинкину следить за движением фашистского корабля.

Трудно занять позицию для залпа в таких условиях. Только в 17 часов 23 минуты раздалась долгожданная команда «Пли!», из кормовых аппаратов выскользнули две торпеды и достигли цели. Беспорядочная бомбежка Щ-309 глубинными бомбами не дала противнику успеха. Лодка благополучно оторвалась от преследователей.

В 21 час 49 минут гвардейская лодка всплыла в надводное положение и продолжила поиск врага. С мостика ни на минуту не уходил неутомимый Павел Петрович Ветчинкин. Сильная волна, мелкий снег и абсолютная тьма затрудняли поиск. В топливных цистернах оставалось соляра только на переход в базу.

В 7 часов 10 минут 7 декабря сигнальщик гвардии старшина 2-й статьи Анишин обнаружил сторожевой корабль противника, а в одном кабельтове за ним — транспорт водоизмещением 7 тысяч тонн. Левее транспорта, на траверзе его, переменными курсами ходил сторожевой катер.

Развернувшись на боевой курс, Щ-309 в 7 часов 15 минут произвела по транспорту трехторпедный залп из носовых аппаратов. Через минуту раздался сильный взрыв. Яркое пламя в районе мостика взвилось к небу, транспорт начал быстро погружаться. Это был не дошедший до Либавы «Норден-хамн» вместимостью 4592 брутто-регистровые тонны. Сторожевой катер повернул на лодку, а она ушла под воду и повернула на запад. Счет гвардейской лодки снова пополнился.

В 20 часов 13 минут 7 декабря лодка всплыла в надводное положение и направилась в базу. 10 декабря ее встретил в районе маяка Чекарсэн базовый тральщик Т-215.

Едва стали на якорь в Турку, недалеко от плавбазы «Полярная звезда», команда высыпала на мостик. Все радовало: солнце, которого долго не видели, мороз, так приятно пощипывавший лица, утренняя свежесть, пьянящий чистый воздух. Среди боевых друзей, облокотившись на барбет, стоит командир лодки. На его усталом лице улыбка. Глаза, воспаленные от бессонницы, ласково смотрят на тех, кто вместе с ним перенес тяжесть похода и испытал радость побед. Придя на корабль за несколько дней до похода, Павел Петрович, естественно, не знал экипажа. Да и сам он, хотя и имел большой опыт плавания, отправлялся тогда в свой первый боевой поход. Теперь он знал своих подчиненных. Поход настолько сблизил экипаж с командиром, что многим казалось, будто они плавают с ним уже много лет.

...Разместившись уютно в своем родном доме на плавбазе, матросы, старшины и офицеры Щ-309 читают письма от родных и близких, газеты, журналы, встречаются с экипажами других подводных лодок, вспоминают пережитое, делятся боевым опытом.

6 января 1945 года командир бригады подводных лодок контр-адмирал С. Б. Верховский вручил отличившимся в этом походе подводникам Щ-309 государственные награды
Категория: Морские сражения | Добавил: halfback (13.01.2014)
Просмотров: 508 | Теги: кабо, гвардейской, Щ-309 | Рейтинг: 0.0/0

Похожие материалы
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Поиск

Профиль

На борту

Статистика

Рейтинг@Mail.ru
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0