Главная | Регистрация | Вход

Конвертер валют ЦБ

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 258
Главная » Статьи » Морские сражения

Капитан-лейтенант Г.К. Васильев. С-15 открывает счет
Капитан-лейтенант Георгий Константинович Васильев в годы Великой Отечественной войны (с 1944 года) командовал подводной лодкой С-15 Северного флота.
Под командованием Г. К. Васильева С-15 первый раз вышла в море 17 мая 1944 г. для совместного с другими лодками удара по морским коммуникациям противника во взаимодействии с разведывательной авиацией. Самолетам удалось навести подводные лодки на конвой в составе 5 транспортов и 25 кораблей охранения. Форсировав в подводном положении минное заграждение, С-15 нанесла по конвою торпедный удар и потопила транспорт.
За мастерские атаки, смелые и мужественные действия весь экипаж С-15 был удостоен государственных наград.
Ниже приводится очерк Г. К. Васильева, опубликованный в газете «Красная звезда» 30 мая 1974 года под названием С-15 открывает счет



Иногда трудно вспомнить, какой была погода в минувшее воскресенье. А вот каким был тот день 26 мая 1944 года, я запомнил навсегда. Незаходящее полярное солнце скользило над горизонтом. Штилевое море отражало небо. И след перископа на нем белел, как царапина на стекле. Погода, очень неблагоприятная для скрытной атаки подводных лодок, позволяла летать самолетам-разведчикам.

Этот боевой поход был особенный: первый с использованием нового тактического приема — метода нависающих завес и первый для меня как командира корабля. До назначения командиром С-15 я служил старпомом на С-54. Некоторый боевой опыт у меня был: дважды ходил в боевые походы на подводной лодке С-54, один — на подводной лодке С-55 с опытнейшим командиром капитаном 3 ранга Сушкиным. В этих походах были потоплены три транспорта. Но одно дело — опыт старпома, а другое — командира. На подводной лодке при торпедной атаке только командир в течение нескольких секунд (иначе противник обнаружит) оценивает в перископ обстановку на поверхности моря, только командир решает, как маневрировать, чтобы выйти на позицию стрельбы, только командир определяет момент торпедного залпа.

Офицеры, старшины и матросы выполняют волю и решения командира. И отвечает за все тоже командир.

Назначение на другой корабль состоялось в последний день февраля. Честно говоря, принимал я С-15 не без тревоги: до меня в море она сходила несколько раз, встреч с кораблями противника не было и боевого успеха не имела. Но подводники горели желанием внести свою долю в разгром врага. Я понял это при подготовке к походу. Экипаж проявлял большое упорство и настойчивость. Моряки понимали, что одного стремления побеждать мало, надо учиться бить противника.

В начале 1944 года это в первую очередь означало — научиться его находить. Потому что, неся большие потери, гитлеровцы усилили защиту своих морских сообщений. Воевать прежними методами с ними становилось все труднее. Несколько наших подводных лодок из похода не возвратились, в том числе и С-54. Вот тогда-то и решено было использовать тактический прием — нависающие завесы, основанный на взаимодействии подводных сил с разведывательной авиацией. Это давало возможность сосредоточивать подводные лодки в районах моря, менее контролируемых противником, — за внешней кромкой минных заграждений и применять их массированно по противнику, обнаруженному разведкой.

Когда 17 мая С-15 вышла из Полярного, мне подумалось: как это легко — уходить и как сложно возвращаться, особенно с победой. Однако переход к району сосредоточения тоже оказался нелегким. День и ночь светло. «Нырять» приходилось от каждого самолета. А потом испортилась погода. Море штормило, небо затянулось низкими облаками, снежные заряды налетали один за другим. Не получая данных разведки, С-15 дважды форсировала минные заграждения, выходя на предполагаемые маршруты конвоев противника, но безрезультатно. На исходе 25 мая подводная лодка маневрировала в районе к северо-востоку от мыса Нордкин за пределами обнаружения береговыми средствами наблюдения противника в ожидании данных от самолетов-разведчиков. Как-то там самолеты? И вдруг перед ужином я услышал быстрый топот ног по трапу.

— Прошу разрешения на мостик!

Смотрю — радист. Лицо сияет, в руках две радиограммы Одна от самолета-разведчика: «17.00 обнаружил у мыса Нордкин: транспортов — 5, миноносцев — 5, сторожевиков — 6, тральщиков — 4, сторожевых катеров — 10. Курс 80, ход 8 узлов» А другая — от комбрига с приказом нашей лодке и М-201 атаковать конвой.

Расчетное место встречи оказалось около мыса Харбакен Это далеко, а противника надо обогнать. Пять часов полным ходом С-15 шла в надводном положении. В 20 милях от берег, погрузились и ходом 5 узлов вместо обычных 3 пошли через минное поле.

Напряженно вслушивались в забортную тишину моряки: не коснется ли корабль минрепа, что на такой скорости особенно опасно. Трижды за время войны я испытывал это неприятное ощущение — скребущий по корпусу минреп. Не для всех это кончалось только нервным напряжением. Лодка капитана 3 ранга Л. Сушкина, например, вернулась однажды в базу без рулей и с оторванной носовой частью. А сколько экипажей не вернулось вообще... Но в том и состоит искусство подводника, чтобы суметь преодолеть оборону противника, нанести неожиданный удар, а потом скрыться от преследования.

Когда минные поля оказались позади, подвсплыли: горизонт был чист. Пошли долгие минуты ожидания конвоя. Я приказал гидроакустику Рагозину докладывать о малейших шумах. И когда они появились, я увидел в перископ слабые дымы. Дымы становились гуще, отчетливее. Вот запись в журнале боевых действий, сделанная старпомом Н. Зиновьевым:

«03.49. Пеленг на шумы винтов 290 градусов. В перископ видны мачты многих кораблей и два самолета над ними. Объявлена торпедная атака. Слышны далекие взрывы глубинных бомб».

Когда я объявил торпедную атаку, то почувствовал, какое облегчение принесла долгожданная команда экипажу. Но это лишь начало. Чтобы боевое счастье не ускользнуло от С-15 и этот раз, надо быть собранным, дерзким.

Вот уже виден в перископ весь конвой. Каким грозным и доступным кажется он. Но одного транспорта уже нет. Значит, новый тактический прием оправдал себя. М-201 под командованием капитана 3 ранга Н. Балина успешно атаковала, Это на нее сбрасывали гитлеровцы глубинные бомбы. Теперь наша очередь атаковать.

Поднят и опущен перископ. Траверзное расстояние до колонны 20–25 кабельтовых. Легли на контркурс и поднырнули под корабли охранения. Над головой шумы их винтов. Думают ли гитлеровцы, что сейчас мы проходим под их килями? Снова на 5–6 секунд подняли перископ. Ох уж это штилевое море. А вот и «наш» транспорт — головной. Быстро рассчитываю угол упреждения. Неужели так и будет все гладко, просто? Даже не верится. Через минуту подвсплываем опять. Дистанция 14 кабельтовых. С транспортом створится сторожевой корабль. И впервые в жизни подаю команду, целясь в реального противника.

— Носовые торпедные аппараты, товсь! — А через три секунды: — Пли!

Из четырех выпущенных торпед три попали в транспорт «Сюльвикен». Нужно всплыть на перископную глубину, чтобы проконтролировать результат атаки. Поднял перископ и рядом увидел два сторожевых корабля.

— Ныряй, — приказал я боцману, опуская перископ.

Но удача явно не хотела даваться нам без труда. Внезапно из строя вышло электрическое управление горизонтальными рулями. Пока переходили на ручное управление, создался дифферент 30 градусов на корму. Нос корабля показался на поверхности моря, что заметили фашисты. Они открыли по лодке интенсивный огонь, а один из сторожевиков пошел на таран.

Положение было критическое. Я приказал срочно погружаться и увидел, как бешено вращают рукоятки кингстонов цистерны быстрого погружения трюмные В. Махотин и А. Стребыкин. Не растерялся ни один человек. С-15 ушла на глубину 40 метров. И тут посыпались глубинные бомбы. Попытка задержаться на рабочей глубине не удалась. Лодка продолжала погружаться и ударилась о грунт на глубине 103 метра.

Мы выиграли два этапа боя: скрытный подход и атаку. Оставалось устоять в третьем: сохранить корабль, уйти от преследования. Бомбы рвались беспрерывно, все время рядом. Впервые я увидел, как прогибаются шпангоуты. Но экипаж чувствовал себя бодро: С-15 открыла боевой счет.

Сбросив 79 бомб, противник потерял с нами контакт. И мы приступили к устранению повреждений. Но при первых шумах в отсеках — снова глубинные взрывы. Когда немного стихло, дал команду экипажу позавтракать. Обыденные дела как нельзя лучше успокаивают людей.

С момента атаки прошло уже пять часов. Кажется, опасность миновала. Отремонтировали и запустили гирокомпас, ввели в строй горизонтальные рули, восстановили нормальное освещение. Можно всплывать с грунта. Но вот еще одна запись в журнале боевых действий:

«20.30. Прошли минное поле. Горизонт чист. Всплыли в крейсерское положение... Пока обнаружено 62 серьезных повреждения, полученных в результате взрыва 114 глубинных бомб...»

Конечно, произвести весь ремонт в море было невозможно. Но до базы корабль мог дойти. Выдержала наша С-15 трудный экзамен. И так же отлично прошел проверку боем экипаж. Моряки безукоризненно сработали в момент атаки и не дрогнули, когда гибель казалась неминуемой.

При входе в Екатерининскую гавань я вызвал артиллерийский расчет к пушке. С-15 впервые салютовала о победе. На пирсе нас встречал командующий флотом адмирал А. Г. Головко. А потом весь экипаж был представлен к наградам.

Моряки шутили — повернулось-таки боевое счастье к нам лицом. Оно действительно повернулось. Уже в следующем походе от наших торпед пошел на дно еще один транспорт. Метод нависающих завес стали успешнее использовать все корабли. И было приятно сознавать, что С-15, ставшая для меня родным кораблем, одной из первых применила новый тактический прием, познав при этом радость победы.
Категория: Морские сражения | Добавил: halfback (09.01.2014)
Просмотров: 442 | Теги: открывает счет, С-15, Васильев, Красная звезда | Рейтинг: 0.0/0

Похожие материалы
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Поиск

Профиль

На борту

Статистика

Рейтинг@Mail.ru
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0